Тамаз Барбакадзе: "Если человек исполняет обязательства и не намерен обмануть – это не мошенничество"

В рамках процесса выступил предполагаемый сообщник чиновника, второй подсудимый по делу Владислав Большаков.

"Ваша честь, предварительно была договоренность, и я не мог по-другому поступить. Если бы я согласился на миллион (который первоначально предлагал Чаплышкин – авт.) – я бы ничего не решил. И разговор в бане говорит о том, что я не смог бы за меньшую сумму, чем 3 миллиона решить вопрос. Ко мне обратился сам Чаплышкин. Я его не знал и не знал о его существовании. Я его не обманывал. Я сказал, что не сам буду решать, а через кого-то. Чем смогу – помогу. То, что касается суммы, я это озвучивал. Я должен был отдать 2 миллиона, а отдал полтора, потому что у меня не было столько. Я знал, что деньги предназначаются в министерство образования. Потом я узнал, что они предназначались Рукан. Мошенничество – это создание иллюзии. Но если бы мы документы не подписали – средства бы не ушли. То, что просил Чаплышкин – все было сделано. Мы хотели заработать денег. Да, я признаю, что это плохо. Но мы не создавали иллюзию. Прошу Вас оправдать меня. Деньги я передал добровольно. Добровольно согласился участвовать в следственном эксперименте", - заявил г-н Большаков.

Аналогичную позицию высказал адвокат Большакова Богданов. Он сообщил, что его подзащитный раскаивается, и отметил, что действия подсудимого не стоит квалифицировать, как "мошенничество".

Богданов также подчеркнул, что его подзащитный стал жертвой провокации по передаче взятки через Козлачкова со стороны Чаплышкина и органов ФСБ.

В своей речи он выразил мнение, что дело необходимо вернуть для проведения дополнительного расследования.

По мнению защиты, Большаков активно сотрудничал со следствием и первоначально был свидетелем, что, согласно закону, влечет освобождение от уголовной ответственности.

"Уважаемый суд, откаты, взятки существуют не только в современной России, они были и в Советской и Царской России", - сказал Богданов. Он отметил, что следствие пытается выдать подобный факт за "фарс двух человек". "Чаплышкин решил получить все бесплатно, поэтому обратился к правоохранителям", - считает адвокат. В завершении своей речи он попросил оправдать Большакова.

В свою очередь, государственный обвинитель Адрей Склемин в рамках реплики отметил, что позиция защиты основана на "ложной трактовке закона", и оправдательный приговор - не единственное справедливое решение. Обсуждать иные формулировки, которые не вменяют подсудимым, по мнению прокурора, - необоснованно.

Бывший первый замминистра молодежной политики, спорта и туризма региона Дмитрий Козлачков отказался от участия в судебных прениях.

Свою позицию он озвучил на проходящем в эти минуты заседании в Кировском районном суде Саратова.

После этого слово передали защитнику подсудимого Тамазу Барбакадзе. Адвокат отметил, что поскольку его подзащитный не является юристом, он отказался от выступления, не признав вину.

Со слов адвоката, Козлачков считает, что сумма, которая могла ему достаться – 500 тысяч рублей и, следовательно, квалификация дела должна быть мягче, а именно: "мошенничество в крупном размере".

Г-н Барбакадзе также подчеркнул, что значительная часть дела строится на показаниях Большакова, который считал, что ему придан статус свидетеля; "он говорил все, что хотел".

По словам защитника, денежные средства предназначались замминистра образования области Надежде Рукан, но поскольку Козлачков не успел их передать, "на него повесили всю сумму".

"На каком этапе и кто принял решение, чтобы мой подзащитный этого не делал – останется загадкой и для нас, и для следствия. Но показания моего подзащитного есть в деле, и их никто не оспорил. Это его позиция (Козлачкова – авт.)", - сказал защитник, добавив: "Моя позиция, как адвоката, немного другая. На мой взгляд, действия Козлачкова не охватываются диспозицией ч.4 ст. 159 УК РФ".

Барбакадзе отметил, что мошенничество - это когда лицо получает имущество, без умысла исполнения обязательств. В сложившейся ситуации, по словам адвоката, умысел был другой.

"Мой подзащитный говорит: "Да, я хотел заработать денег. Да, как госслужащий, я не имел права это делать. Получается, у нас есть субъект – Козлачков. Есть объект – деньги, которые он хотел заработать. Но с объективной стороны, состава мошенничества в уголовном деле нет", - сказал Тамаз Барбакадзе.

Он заметил, что действия его подзащитного не были направлены на срыв контракта, замминистра хотел ускорить процесс и заработать денег.

"Если человек исполняет обязательства и не намерен обмануть – это не мошенничество", - считает защитник.

Источник: http://www.vzsar.ru

Фото: http://www.ekhokavkaza.com