«За потерю культурного наследия — вплоть до уголовной ответственности»: беседа с министром Владимиром Мухиным об ужасной судьбе здания с кариатидами (и развалится ли оно за 50 тысяч)

Министр — председатель комитета культурного наследия Саратовской области Владимир Мухин провёл брифинг. В ходе мероприятия корреспонденту ИА «Версия-Саратов» удалось побеседовать с должностным лицом, ответственным за исторически памятники в регионе, на тему сохранения объектов культурного наследия (ОКН).

В частности, речь шла о судьбе печально известного дома Яхимовича (он же — дом с кариатидами) в Саратове, который разрушается по адресу: улица Советская, 5. Ранее этот памятник находился в управлении учреждения, подведомственного комитету Мухина — ГАУК «НПЦ» (с недавнего времени — ГКУК «НПЦ»).

Чиновники сами себе назначили сроки приведения здания в порядок (до весны 2023 года) и сами же их не соблюли. Если только не считать «первоочередными противоаварийными работами» — навешивание баннера фальшфасада и размещение на объекте охранника. Именно о таких положительных изменениях разваливающегося на кусочки здания сейчас и вспоминает министр.

Длительное время представители «НПЦ» судились с компаниями «Лепта» и «Шэлдом». Подчинённые Мухина пытались взыскать 78 миллионов ущерба, который, по данным чиновников, причинили застройщики дому с кариатидами, когда возводили рядом высотную новостройку.

Однако в ноябре 2024 года иск был «слит», власти отказались от требований, ссылаясь на то, что здание за 12 миллионов рублей выкупило ООО «Принцип». Наблюдатели не исключают, что внезапный инвестор может иметь отношение к одной из строительных фирм и таким образом предприниматели могли просто попытаться уйти от возможного взыскания с них предъявленных чиновниками десятков миллионов рублей.

Представитель «Принципа» в суде, как правопреемник, тоже отказался от претензий и к «Лепте» и к «Шэлдому», заявив, что компания обладает огромными средствами и очень скоро сделает из развалин Яхимовича конфетку. Это было осенью 2024 года.

В декабре 2025 года ураганным ветром со здания сорвало фальшфасад. Оголившийся ужас шокировал жителей города. Обрушенные балконы, дыры вместо окон, потрескавшиеся и осыпавшиеся статуи…

Всю зиму ОКН простоял в таком виде. И только несколько дней назад — в конце марта 2026 года — здание затянули новым красивым фальшфасадом, под которым снова на неопределённый срок укрылось некогда красивое строение.

На примере спорного «сохранения» этого здания, корреспондент попросил Владимира Мухина рассказать о том, как в Саратове спасают культурное наследие.

— Мы вот написали про то, что фальшфасад сорвал ветер и окна открыты. Это всю зиму так и простояло в таком виде, несмотря на то, что комитет, я так понял, предъявлял какие-то претензии новому собственнику. Конкретные работы будут ли там вестись когда-то? И какие работы ведутся именно комитетом для того, чтобы понудить, может быть, нового собственника это делать?

— Значит, сразу хочу сказать, что вот то, что вы увидели за баннером, который сорвало, просто, наверное, многие забыли — это там было всегда. С момента, когда этот объект был изъят, он был такой. Подведомственное учреждение, у которого находился этот объект, оно как раз и разместило вот этот баннер. Это обычная практика. Мы понимаем, что здание загораживается таким образом.

После того, как объект был передан новому правообладателю, который, как вы справедливо заметили, его приобрел, соответственно, там были проведены работы по обследованию конструкции. К сожалению, данных работ недостаточно.

После ураганного ветра был сорван вот этот баннер. Было проведено совместное совещание, в том числе и в правительстве Саратовского области с участием комитета и собственника данного объекта, где ему ещё раз было указано на необходимость сохранения объекта, о проведении работ.

По сохранению данного объекта результаты вы видите, да, собственник, как вы сами говорите, повесил новый баннер. То, что касается непосредственно работ, собственнику было оформлено охранное обязательство, в котором был перечислен перечень необходимых работ.

Я сейчас по памяти просто вам не скажу, какие там сроки. Соответственно, при наступлении сроков, если собственником они не будут выполняться, то в отношении него будут применены все те процедуры, о которых я ранее говорил. Это административное воздействие, это исковая работа о понуждение его выполнить эти мероприятия.

Помимо того, что было совещание, собственнику выдано официальное предостережение о необходимости проведения работы по сохранению. Поэтому, еще раз повторяю, мы за этим объектом будем и дальше следить. И при наступлении неисполнения сроков, соответственно, контрольные мероприятия будут организованы.

— Вы говорите про комплекс мер. Как раз в 2024 году, когда подведомственная вашему комитету организация — ГАУК «НПЦ» — отказалась от исковых требований к «Шэлдому» и к «Лепте» на 80 миллионов рублей, представитель «Шэлдома» в коридоре суда обсуждал с коллегой, что якобы просто, ради интереса, просчитали, что грозит собственнику, если вдруг это здание разрушится. И там якобы, по их словам, грозит максимум 50 тысяч штрафа. Если оно будет стоять, стоять, стоять, а потом рухнет.

Действительно, вы говорите сейчас о каких-то мерах, а реальны ли такие умозаключения о том, что собственник берёт, приобретает это здание, а не платит те 80 миллионов, которые требовало правительство от них, наверное, обоснованно требовало. Допустим, они за 12 миллионов его приобретают и просто ничего не делают и ждут, пока оно разрушится, а затем платят 50 тысяч штрафа. Или это просто какие-то сказки и умозаключения юриста?

— Я не могу прокомментировать то, что вы сказали. Во-первых, тут очень много вы намешали. И мы в судах не участвовали.

— Но ГАУК «НПЦ» участвовало.

—  ГАУК «НПЦ» участвовало, но это самостоятельное юридическое лицо. Это первое. Второе. То, что касается того, что вы сказали, ждут, когда рухнет, а потом 50 тысяч штраф платят, это тоже не соответствует действительности, потому что за потерю и уничтожение объекта культурного наследия предусмотрено вплоть до уголовной ответственности и требования о воссоздании этого объекта.

Я более чем уверен, что до этого вообще не дойдет, потому что я уже вам сказал, что сроки исполнения тех мероприятий, которые предусмотрены охраной, они обязательно на контроле в комитете. И в случае, если этот срок будет нарушен, тут же будет соответственная реакция.

Что касается отказа ГАУК «НПЦ» от иска, здесь юристы это, наверное, лучше пояснят. Поскольку данный объект был продан и изъят у ГАУК, и оно уже не являлось стороной по делу, то и нельзя было дальше предъявлять эти требования.

Пока данный объект находился в его пользовании, принимались все необходимые меры, в рамках их полномочий и компетенций для его сохранения. То есть, там была установлена охрана, чего никогда до этого не было. Там прекратились пожары, прекратилось попадание туда третьих лиц. Соответственно, объект охранялся, была разработана научно-проектная документация.

А то, что касается «Лепты» или «Шэлдома»… Данный вопрос в суде рассматривался, и сумма, которая там звучала, это сумма, которая, соответственно, должна была быть подтверждена как экспертизой, так и решением суда. Суд одну из экспертиз, если мне память не изменяет, по-моему, не принял по каким-то основаниям. Я сейчас могу ошибаться.

— По поводу проекта вы сказали. Проект был за 16 миллионов сделан, да? И он до сих пор лежит где-то здесь, в комитете. А собственник пытается его получить. Вы говорили, что есть льготные какие-то там у них условия, когда инвестору дают кредит на проектирование под низкие проценты. А просто предоставить уже существующий проект — нет такой возможности? Потому что это бы, наверное, сильно ускорило спасение здания, а проект лежит, и его не отдают просто новому собственнику.

— Давайте так, мы же государственная организация, органы государственные. Соответственно, на проект затрачены государственные деньги. Как можно государственную собственность отдать частному инвестору, который за это деньги не платил?

— Ну, государственно-частное партнерство, например, в рамках программы какой-то?

— Есть юридические законы, которые на сегодняшний день должны позволять это сделать. Если такой вариант есть, значит, соответственно, это можно будет сделать. А если такой юридической возможности нет, то, вы же понимаете, никто закон нарушать не будет.

Поэтому собственник, безусловно, и его проектировщик, могут воспользоваться информацией. То есть в любом случае, когда мы выдаем задание на проведение работы на каком бы то ни было объекте, мы всегда информируем, есть или нет информация в органе охраны о ранее проведенных работах и ранее разработанных документациях.

Другой вопрос, что собственник может также пообщаться с тем, кто разрабатывал проектную документацию. Это к вопросу вашему о том, что ускорить процесс. То есть здесь мы абсолютно не вмешиваемся, кого выберет собственник, того и выберет. Но, тем не менее, информация у прошлого проектировщика есть. Я думаю, что им нужно просто каким-то образом этот вопрос уточнить. Я не могу регулировать эти вопросы. Это не в рамках моей компетенции. Это совершенно другие хозяйственные субъекты.

И если есть юридические какие-то возможности в том вопросе, о котором вы говорите, они могут быть исполнены. Если их юридически нет, мы с вами можем фантазировать о чем угодно, говорить о том, что так было бы правильнее, справедливее.

У нас у каждого свое понимание справедливости и правильности. А есть закон, который гласит определенные правила игры.

Продолжение следует.

Источник: http://nversia.ru